После массированного удара 6 июля, когда ПВО не сбила ни одну баллистическую ракету, в медиа и официальных заявлениях прозвучало объяснение: в Украине критический дефицит ракет-перехватчиков для Patriot.
В своих соцсетях президент Зеленский снова обратился начальник управления коммуникаций Воздушных сил Юрий Игнат. Он отметил, что и в Украине, и в мире есть серьезный дефицит перехватчиков. Россияне пользуются этим и делают ставку именно на баллистические цели. Впоследствии этот тезис подхватили аналитики, и в медиаполе появились десятки разборов с похожими выводами.
Логика комментаторов в соцсетях такова: «В медиа публично признались, что Украине нечем сбивать баллистику — теперь Россия будет бить ею еще больше».
Скриншоты сообщений
Однако идея, якобы россия узнала об этом дефиците перехватчиков из медиа и поэтому стала бить баллистикой чаще, не выдерживает проверки датами. Раскладываем по пунктам.
Количество баллистики и «Цирконов» атаках по Киеву растет месяцами – это длительная тенденция
Официальная статистика Воздушных сил четко фиксирует этот тренд. В течение 2025 года россия постепенно наращивала количество баллистических ракет в массированных ударах: если в начале 2025-го речь шла о нескольких ракетах за атаку, то осенью уже произошло несколько ударов, в которых их количество превысило 20–30.
А с конца мая этого года россия сделала системную ставку именно на те типы вооружения, которые тяжелее всего сбить, — баллистику и гиперзвуковые «Цирконы». Их количество в каждом ударе держат стабильно высоким уже более месяца.
То есть комбинированные удары, в которых баллистика идет рядом с гиперзвуковыми противокорабельными ракетами, стали происходить чаще, а количество таких целей за удар — больше.
Пусковые «Циркона» переехали из Крыма в Курскую область — ближе к Киеву
В начале года «Цирконы» летели исключительно из Крыма. Однако в течение февраля-марта украинские силы успешно работали по российским комплексам Бастион (пусковые Цирконов) на полуострове. После этого темпы применения заметно просели: россияне перешли из четырех ракет за раз в две, а паузы между пусками растянулись до месяца.
Ситуация изменилась в мае. С тех пор в возведениях Воздушных Сил районом пуска Цирконов все чаще фигурирует Курская область.
Скриншоты возведений Воздушных Сил
Географически Курская область гораздо ближе к Киеву, чем Крым. Это значительно сокращает время подлета ракет и упрощает логистику для повторных ударов по столице. Переброска пусковых установок ближе к границе – продуманный шаг. Так Россия решила сразу две задачи: обезопасила свои комплексы от украинских ударов в Крыму и получила более выгодный плацдарм, чтобы атаковать столицу баллистикой и перенасыщать нашу систему ПВО.
Шахеды стабильно сбивают на 90%+, баллистику нет. Поэтому ставка идет именно на баллистику
Ранее Россия могла терроризировать Киев шахедами, потому что мобильные огневые группы (МВГ), РЭБ и дроны-перехватчики еще не научились так эффективно их глушить и сбивать. Сейчас научились. Дронов запускают те же сотни за удар, порой даже больше, чем зимой, но ощутимого террористического эффекта это уже не дает. Часто шахеды глушат еще на подлете в город.
Если посмотреть на ежедневные отчеты Воздушных Сил, с этой весны показатель сбивания и глушения вражеских дронов стабильно держится выше 90%. Классические комплексы ПВО с типичной комплектацией также справляются с крылатыми ракетами, что тоже заметно в сводках Генштаба. Возможность сбивать баллистику имеет ограниченный круг ракет, которых у нас маловато.
Логично, что россия, увидев, какой тип оружия у него еще реально работает, а какой уж нет, перенесла ставку с дронов на баллистику.
И этот дефицит не тайна, которую открыли только сейчас. О нехватке ракет системно сообщала западная пресса еще в прошлые годы. И речь идет не только об Украине, но и о мировых производственных мощностях в целом.
Lockheed Martin, единственный производитель ракет-перехватчиков PAC-3 для Patriot, в 2025 году изготовил чуть более 600 таких ракет — и только сейчас, по новому соглашению с Пентагоном, планирует нарастить производство до 2000 года, и то не раньше 2030-го. Насколько это немного, стало очевидно во время последней эскалации конфликта с Ираном: в первые четыре дня войны США и Израиля против Ирана коалиция тратила около 225 ракет Patriot в день, тогда как производственные мощности Lockheed выдавали всего 1,7 в день — то есть издержки превысили производство более чем в 10 раз.
Странно предполагать, что разведка страны, ведущей против нас полномасштабную войну пятый год, ничего об этом не знала.
Так что в соцсетях путают причину и следствие.
Не так: «публично сообщили, что ракет нет → россия стала бить чаще». А так: «россия знала о дефиците → поэтому начала бить чаще и массированнее именно баллистикой».
Почему это важно
Подобные обвинения в соцсетях играют на руку врагу, ведь смещают фокус с реальной проблемы на поиск виновных внутри страны. Когда в инфопространстве гуляет мнение, что причиной массированных обстрелов является заявление или публикация в медиа, это подсознательно снимает ответственность с самого агрессора. Россияне просчитывают этот эффект: паника, взаимные обвинения и уныние ослабляют общество изнутри.
Параллельно с баллистическим давлением россия сейчас наращивает и психологическое. Нас истощают не только во время обстрелов, но и постоянным ожиданием следующей атаки и нагнетением страха в информационном поле. Этот механизм устрашения враг использует системно - подобную тактику искусственного раздувания паники и манипуляций эмоциями мы уже детально анализировали в материале о реальных целях российского «Орешника».
Критический дефицит зенитных ракет для комплексов Patriot – это строгая реальность, которую враг видит на поле боя по результатам своих же атак. Проблема истощения мировых запасов вооружения слишком масштабна, чтобы ее можно было скрыть молчанием. Поэтому реакцией на такие вызовы должен быть не поиск «проговорившихся» внутренних врагов, а усилия по поиску решений по поставке и производству перехватчиков.